Селекция есть, урожая нет: что мешает новым сортам

На сессии «Экосистема отечественной селекции — наука, право, капитал» в рамках выставки «Золотая осень — 2026» эксперты разбирались, почему созданный сорт — это лишь начало пути, а не готовый продукт, сообщает «Абирег».

Замруководителя ЦОЭ РСХБ Олег Князьков допустил, что через пять лет российский семенной рынок начнет получать доход не только от продаж, но и от прав на собственную генетику. Пока ситуация иная: менее 30% достижений в госреестре имеют патентную защиту, а потенциал сортов в хозяйствах реализуется примерно на треть, подсчитал зам президента РАН Петр Чекмарев.

От лаборатории до поля

Руководитель дирекции ФНТП Минсельхоза Ирина Лаврентьева сообщила: в проектах задействованы 100 компаний, 29 НИИ и 27 вузов, уже есть 93 сорта и гибрида. Однако массовое размножение качественных семян отстает от темпов селекции.

Чекмарев считает, что имеющейся генетики достаточно для серьезного улучшения результатов — главное научиться ею пользоваться. «Потенциал сортов очень высокий, но в хозяйствах он раскрывается только на 30%, иногда меньше», — отметил он. И задал встречный вопрос: если аграрий не использует возможности текущего сорта, что изменит следующий?

Испытания и охрана прав

Очередь на сортоиспытания — еще одно узкое место, поскольку научным организациям трудно их оплачивать. Чекмарев предложил взять эти расходы на государство. Глава «Госсорткомиссии» Дмитрий Бутусов пояснил: для правовой охраны нужно подтвердить новизну, отличимость, однородность и стабильность, а по ряду основных культур это занимает два года. Разработчик уже вложился в селекцию, но до продаж ему нужны новые средства и время.

Бутусов добавил, что патенты оформлены менее чем у трети достижений в госреестре. Для бизнеса это принципиально: исключительное право открывает возможность лицензионных договоров и дохода. Система прослеживаемости семян делает сделки видимыми.

Наука и бизнес

После перезапуска ФНТП в конце 2023 года усилилась роль заказчика: компания должна формулировать, какой продукт ей нужен. «Наука научилась слышать бизнес», — считает Лаврентьева. Но объяснять нужно и после выхода сорта. Так, невысокие растения кукурузы сначала смутили производителя, пока селекционер не пояснил: так ресурсы идут в початок. В другом случае неравномерное развитие растений оказалось защитой от возвратных заморозков. Вывод прост: необычное свойство надо объяснять до того, как агроном попытается его исправить.

Лаврентьева предложила чаще проводить демонстрационные посевы и подключать переработчиков еще на этапе селекции — у пивоваров и производителей крахмала разные требования к сырью.

Рынок и сотрудничество

Оценки семенного рынка разошлись: Князьков назвал 268 млрд рублей выручки профильных компаний, Чекмарев — около 530 млрд рублей с учетом собственных семян хозяйств. Для инвестора это разные величины: объем семян в полях не равен доступному коммерческому рынку.

Чекмарев предложил расширить формулу взаимодействия: государство определяет стратегию, наука создает решения, бизнес доводит их до производства.

Ранее стало известно, что доля отечественных семян подсолнечника выросла до 58,8%.