31.05.2022

«Повышение отпускных цен происходит тогда, когда у производителя уже нет иного выхода», – Лашманкин

Российская Федерация входит в первую пятерку крупнейших производителей кондитерской продукции в мире. По емкости – внутренний рынок нашей страны является восьмым на глобальном рынке в денежном выражении.

В последнее время невероятно усложнился импорт пищевых ингредиентов, необходимых для производства кондитерских изделий, тропических масел, значительно выросли затраты на упаковку и логистику.

Исполнительный директор Ассоциации предприятий кондитерской промышленности «АСКОНД» Вячеслав Лашманкин рассказал «Олеоскопу» о том, как российские компании справляются с этими проблемами и как завоевывают внешние рынки.


— Вячеслав Евгеньевич, расскажите, пожалуйста, о текущем состоянии кондитерского рынка в России.

— Давайте начнем с подведения некоторых итогов 2021 года. Здесь мы будем основываться на официальных данных, подтвержденных Росстатом, ФТС, глобальными агрегатами типа Trademape.org. и др.

В прошлом году мы произвели 3,983 млн тонн кондитерских изделий. Это – беспрецедентный уровень. Мы никогда не производили столько – ни во времена СССР, ни раньше. С такими объемами мы становимся в один ряд с одним из мировых лидеров по производству и экспорту кондитерских изделий – Германией. У них производство также на уровне 4 млн тонн.

И это при том, что в 2020 г., в период пандемии объемы выпуска продукции снизились на 2,1%. Для нашей отрасли, которая на протяжении последних десяти лет показывает стабильно растущие результаты, это было очень заметное падение.

В 2021 г. предприятия отрасли успешно отыграли спад производства. Рост к 2020 г. составил 3,6%. Таким образом, по итогам прошлого года отрасль не просто преодолела 2-ух процентное снижение, но и объемы производства сладостей в нашей стране превысили показатели допандемийного 2019 г. на 1,4%. Так мы вернулись на траекторию роста.

— Как выглядит структура производства?

В натуральном выражении 49% – это мучные кондитерские изделия, 31% – шоколад и шоколадные кондитерские изделия и 20% – сахаристые кондитерские изделия.

В денежном выражении структура меняется: мучные занимают порядка 40% рынка. Шоколад, несмотря на то что его производят меньше, тоже имеет долю в 40%. Это все-таки более дорогой продукт. На сахаристые кондитерские изделия (зефир, пастила, мармелад, карамель и т.д.) – 20%.

— Российские предприятия в последние годы выпускают продукцию преимущественно для покрытия внутренних потребностей или с ориентиром на внешние рынки?

По внутреннему рынку должен сказать, что как отраслевая Ассоциация, куда стекаются данные из многих источников, мы пока не видим перспектив роста потребления: так, в 2014 г. каждый россиянин съедал 24,2 кг кондитерских изделий в год. По итогам 2021 г. объем потребления сладостей на душу населения остался почти на том же уровне – 24,5 кг. За 8 лет (2014-2021 г.г.) среднедушевое потребление кондитерской продукции в нашей стране практически не изменилось, численность населения в РФ также почти не растет, а значит, что и внутренний рынок остается неизменным.

Для статистики зафиксируем, что 24,5 кг кондитерской продукции на человека в год – это примерно три чайные ложки сахара в день.

В Германии потребление кондитерских изделий на душу населения составляет 32 кг.

— Да, побольше.

Я бы сказал значительно побольше. Почти 10 кг. Немцы нам дают большую фору.

Но будучи реалистами, мы понимаем, что внутренний рынок нашей страны предельно близок к своему насыщению. Здесь сильно не вырасти. И для тех компаний, которые хотят расти экстенсивно, темпами выше 1-2% в год, очевидным и, пожалуй, единственным вариантом является выход на внешние рынки.

Соответственно, одной из ключевых задач «АСКОНД» является создание комфортных условий для крупных, средних, малых и микропредприятий нашей отрасли для выхода на внешние рынки.

— А есть сейчас трудности с логистикой?

Конечно. Логистические трудности есть, но это не специфика 2022 г.

В прошлом и позапрошлом году, в период пандемийных ограничений, сложности возникали даже с перемещением продукции внутри регионов России, не говоря уже о бесчисленных ограничениях на заходы в порты, ограничениях на наземных автомобильных и железнодорожных пунктах пропуска.

Кроме того, длинное логистическое плечо – это дорогое удовольствие. Представьте, нам нужно перевезти продукцию из РФ, например, до Южной Америки и обеспечить на очень высоко конкурентных рынках адекватное ценовое предложение. Так, чтобы потребитель из Бразилии или Аргентины сделал выбор в пользу российской продукции, а не товара, произведенного локальными производителями. Без существенной поддержки со стороны государства в части транспортной логистики решать такие задачи довольно сложно.

— Сколько продукции, произведенной в России, наши предприятия экспортируют?

По итогам 2021 г. предприятия отрасли экспортировали без малого 800 тыс. тонн продукции. Это порядка 20% от годового объема производства. В сегменте «Шоколад и шоколадные кондитерские изделия» этот показатель еще выше – процент экспорта приближается к 30%. Представьте – каждая третья шоколадка, произведенная в России, направляется на экспорт.

В денежном выражении мы экспортировали на $1,4 млрд и эти параметры вывели кондитеров на 4 место среди всех отраслей АПК по объемам экспорта. Больше нас отгружают производители зерна, масложировой продукции и рыбы.

Что касается импорта, то кондитерская продукция в России – это один из тех секторов пищевой промышленности, который не входит в контрсанкционные перечни – у нас разрешен ввоз практически из всех стран. Наш потребитель, приходя в магазин, может купить продукцию из любой точки мира: хотите бельгийский шоколад, хотите итальянское печенье, хотите немецкий мармелад – все на полках есть.

— А в каких регионах в РФ сосредоточены основные объемы производства?

Кондитерские фабрики или цеха есть в каждом регионе страны. По последним данным Росстата, в Российской Федерации действовало почти 4,3 тыс. кондитерских предприятий разных форм собственности и размеров, но основные производственные мощности сосредоточены в Центральном федеральном округе, чуть меньше – на северо-западе и юге.

— Что касается географии экспорта, то куда конкретно на внешние рынки отправляется товар?

97 стран мира в 2021 г. Мы поставляем в Евросоюз, в Северную и Южную Америки, везем даже в Австралию, Японию, в Африканские государства. География поставок велика.

При этом традиционными для нас рынками остаются страны ЕАЭС и СНГ. Это те государства, в которых наша продукция исторически узнаваема и востребована. Хочу сказать, что последние 3 года картина начинает меняться. Если раньше основным безусловным лидером среди потребителей был Казахстан, затем Беларусь, то, например, в прошлом году вторую позицию уверенно занял Китай, едва не сместив Казахстан с лидерской позиции. Жители Поднебесной начинают понимать нашу продукцию, и она им нравится. Китайцы активно покупают отечественные конфеты, шоколад, печенье, пастилу и т.д. Так что в этом году КНР вполне может стать первой среди глобальных потребителей российских сладостей.

— Если взять Казахстан и Китай, то как это выглядит в плане перевозки? Каким транспортом туда доставляют кондитерскую продукцию?

В Казахстан основным средством доставки был, есть и остается автомобильный транспорт. Сейчас доставка практически бесперебойная, хотя определенные сложности на границе все-таки остаются.

Что касается Китая, то тут есть несколько вариантов доставки грузов. Первая логистическая схема – это перевозка наземным железнодорожным транспортом. К сожалению, вплоть до сегодняшнего дня, на китайской стороне наземных ж/д пунктов пропуска действуют очень жесткие ограничения по COVID-19, контейнеры проходят длительные досмотры, что делает железнодорожный маршрут практически нерабочим.

Поэтому сейчас, в качестве базовой, используется смешанная перевозка, при которой контейнеры доставляются железнодорожным транспортом до порта Владивосток, далее – морем до Шанхая или Даляня. По мере снижения рисков COVID-19 мы рассчитываем на большую вариативность в доставке грузов.

— Вы сказали, что китайцы распробовали нашу продукцию. Почему у отечественных производителей выбор пал именно на КНР, а не, например, на Армению или Беларусь?

Рынок КНР интересен, прежде всего, его огромным потенциалом. Здесь почти 1,5 млрд жителей, из которых, по нашим оценкам, только 7-9 % являются потребителями шоколада. Для подавляющего большинства населения страны этот продукт пока остается «терра инкогнита» и не входит в рацион питания. При этом рынки Армении или Беларуси находятся примерно в той же ситуации, что и рынок Российской Федерации – то есть они предельно близки к своему насыщению.

Несколько лет назад эксперты Международной организации по какао (МОКК) сравнивали рынок шоколада и шоколадных кондитерских изделий КНР с рынком Японии конца 80-х годов ХХ века. В то время там только 3% платежеспособного населения страны употребляло шоколад. 97% японцев даже не пробовали этот продукт, считая его чуждым культуре их питания.

Тогда МОКК инициировал в Японии запуск коммуникационной программы продвижения какао. В рамках этой программы международные эксперты разъясняли жителям страны Восходящего солнца преимущества какао, его производных (какао-тертого, масла-какао) и шоколада. И когда эта программа была завершена – в 1998 году – уже 98% населения с удовольствием ели шоколад. Сейчас Япония одна из крупнейших стран по объему потребления данного продукта, в том числе, кстати, и российского производства.

По оценкам МОКК, такая же программа может быть реализована и в Китае.

– Можно сказать, что эта программа ориентирована уже на следующее поколение жителей КНР? Видна ли здесь параллель с растительным мясом в России, которое частично рассчитано на поколение Z?

Не могу сказать, что ориентир идет на следующее поколение. Возвращаясь к примеру с Японией, за 15 лет реализации Программы продвижения какао процент любителей шоколада в этой стране увеличился с 3% до 98%, то есть шоколад стал частью рациона питания для всех возрастных категорий.

Если аналогичная программа будет запущена в КНР, мы вправе ожидать кратного увеличения объемов потребления шоколада уже в среднесрочной перспективе.

«Поднятие отпускных цен – это риск, на который еще нужно отважиться»

– Во время конференции «Прогноз Погоды» в апреле Вы сказали, что кондитерская отрасль является импортозависимой индустрией. На какие позиции это конкретно распространяется? Предпринимаются ли какие-то шаги для снижения этой зависимости?

Наша отрасль является крупным заказчиком продукции АПК. Мы потребляем около 1,5 млн тонн сахара, 1,1 млн тонн муки, выступаем крупным потребителем молочной и масложировой продукции, ореховой группы, в том числе какао-бобов и какао-продуктов. То, что мы являемся крупным клиентом сырьевых материалов, в том числе тех, которые не производятся и не произрастают в России, делает нас частично импортозависимыми. Например, у нас не растут какао-деревья, не растут пальмы из которых производятся тропические масла. Также у нас в стране пока не производятся нужные нам пищевые добавки и ароматизаторы и т.д.

Понятно, что в силу природно-климатических особенностей какао-деревья не будут расти в нашей стране. Но это специфика рынка. Наши глобальные конкуренты – Германия, Италия, США, Бельгия, Швейцария и другие страны, также как и мы, покупают какао в Африке, тропические масла – в Индонезии, Малайзии. Тут мы в равных условиях.

В этой части сейчас для нас и для курирующих нас органов государственной власти главной задачей становится – обеспечить бесперебойный импорт критических для отрасли ингредиентов и оборудования.

– Что касается упаковки для кондитерских изделий, то есть ли трудности?

За последние 5 лет предприятия нашей отрасли увеличили примерно до 75% долю упаковки российского производства. Импортируются, главным образом, те виды упаковочных материалов, аналогов которых пока нет на российском рынке или которые не производятся у нас в достаточном для отрасли объеме. Например, мелованный картон для производства коробок для конфет.

Поэтому в части упаковки, сложности сегодня возникают, скорее, не у кондитеров, а у наших смежников – производителей упаковочных материалов. Насколько я знаю, почти вся краска, сухие клеи и др. закупаются за рубежом.

– Эти сложности влияют на конечную стоимость кондитерской продукции на полке?

Вопрос ценообразования – это вопрос каждой отдельно взятой компании. То, что цены на упаковку в 2019- 2021 г. росли драматически – факт. Причем дорожала не только импортная упаковка, но и та, что производится у нас в стране. В прошлом году мы фиксировали случаи, когда упаковка дорожала на 30% в месяц.

Понятно, что цена упаковки является частью себестоимости готовой продукции, но производители сладостей зачастую просто не имеют возможности поднять цены на готовую продукцию пропорционально росту затрат – все понимают, что кондитерские изделия не являются частью основного рациона питания россиян. Нашу продукцию купят по остаточному принципу – только после того, как купили хлеб, молоко, растительное масло, мясо, овощи, рыбу. Поэтому поднятие отпускных цен – это риск, на который производителю кондитерской продукции еще нужно отважиться. Повышение происходит тогда, когда у производителя уже нет иного выхода.

«Тропические масла нам необходимы»

– По поводу растительного масла. Насколько важно для российских предприятий наличие на рынке пальмового, кокосового и прочих масел?

Тропические масла – интегральная часть кондитерской промышленности. Без них мы не обойдемся, это факт. Другое – мы почти не используем тропические масла впрямую. Например, использование пальмового масла в кондитерской отрасли сведено к минимуму. Мы почти не покупаем его в чистом виде. Есть производители, которые работают с «пальмой» в чистом виде, но это единичные случаи. В основном покупаются сложные пищевые продукты у наших партнеров из масложировой индустрии. Мы работаем с начинками, глазурями, промышленными маргаринами, в составе которых будут содержаться тропические масла, но лишь в качестве одного из ингредиентов.

– У кого вы покупаете данную продукцию и влияют ли меры регулирования экспорта масел в других странах на состояние кондитерской отрасли?

Почти вся масложировая продукция поступает к нам от российских производителей, поэтому те сложности, которые есть сегодня на внешних рынках, больше касаются наших партнеров из масложировой отрасли, нежели нас напрямую.

Понятно, что мы не можем не ощущать ценовых ралли на глобальных рынках. Например, когда страны-производители вводят ограничения на экспорт, такие решения неизбежно влияют на мировые рынки и мы, как потребители сложной масложировой продукции, в числе первых ощущаем последствия таких решений как в части повышения, так и в части снижения отпускных цен.

Что касается недавних ограничений на экспорт отдельных категорий тропических масел со стороны Индонезии, то они почти не затрагивают нашу отрасль. Ограничения распространяются на те продукты, которые не используются в кондитерской промышленности.

Резюмируя, тропические масла нам необходимы и замены им пока не просматривается. Одновременно мы внимательно следим за новыми разработками отечественных предприятий масложировой отрасли, в том числе за работами с модифицированными маслами.

– На фоне всей ситуации с запретом на экспорт пальмового масла, может ли ухудшиться качество производимого товара? Или, напротив, можно ожидать улучшений?

Мы, как потребители, покупаем готовый продукт, произведенный по нашим спецификациям. А наши поставщики – предприятия масложировой отрасли – обеспечивают качество, которое мы запрашиваем. Естественно, на каждом уважающем себя кондитерском предприятии действует очень жесткий входной контроль по сырью. И если кондитеры обнаруживают малейшие отклонения по параметрам безопасности, то такое сырье никогда не попадет в готовую пищевую продукцию.

 

Поделиться