![zerno pshenica 1](https://oleoscope.com/wp-content/uploads/2022/11/zerno_pshenica-1.jpg)
Агросектор обречен на снижение. Высокая база прошлого года не позволит отрасли продемонстрировать рост
Поскольку урожай в этом году ожидается ощутимо меньше рекорда 2022-го, а цены на сельхозпродукцию не повышаются, динамика в агросекторе почти наверняка окажется отрицательной, в лучшем случае — близкой к нулю. Впрочем, провалов не ожидается: валовые сборы будут как минимум не хуже средних за последние годы, а в животноводстве продолжится увеличение выпуска мяса и молока. Однако тревогу вызывает наметившийся технологический откат отрасли
По данным Росстата, в 2022 году производство сельхозпродукции увеличилось на 10,2 % в сопоставимых ценах, до 8,85 трлн руб. В том числе сектор растениеводства вырос на 15,9 %, животноводства — на 2,4 %. Такая динамика — результат преимущественно рекордных урожаев зерновых (157,7 млн т) и масличных (29 млн т). В 2023-м о подобных показателях — по крайней мере, по зерну — речи не идет, а эффект высокой базы почти наверняка не позволит агросектору выйти в плюс. Хотя по итогам I квартала (последние доступные данные на момент подготовки статьи) Росстат зафиксировал прирост на 2,9 %, что, впрочем, ниже, чем за аналогичный период 2022-го, когда сельхозпроизводство увеличилось на 5,4 %. При этом цены на сельхозпродукцию остаются низкими, а новые вызовы, в том числе связанные с обострением санкционного давления на Россию на фоне СВО, сохраняются и трансформируются.
Нулевая динамика будет успехом
Шансов увеличить объемы валового производства в аграрном секторе в этом году почти нет в силу рекордно высокой базы предыдущего года, считает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько. «Будет очень здорово, если останемся на том же уровне», — добавляет он. Директор практики оказания услуг предприятиям АПК компании «Технологии Доверия» («ТеДо») Антон Виноградов соглашается, что с высокой долей вероятности в 2023 году можно будет наблюдать небольшой спад сельхозпроизводства, что обусловлено высокой базой прошлого года, а также отложенным эффектом введения санкций.
«Полагаю, что объемы производства сельхозпродукции в этом году будут ниже, чем в прошлом, причем достаточно существенно, — говорит независимый эксперт агрорынка Александр Корбут. — В прошлом году полевому растениеводству благоприятствовала погода, в итоге был получен рекордный урожай зерновых, масличных, овощей, картофеля. Вторая причина того, что объемы производства продукции полевого растениеводства могут сократиться, — начавшийся процесс технологического отката: упрощение технологий, сложности с запчастями. Последние сейчас решаются, но ресурс техники вырабатывается, а купить новую очень сложно».
Увеличение объема производства зависит от многих факторов. Настроения рынка на сезон 2023/24 в целом свидетельствуют о снижении объемов, говорит гендиректор компании «ДМА Групп» Наталья Тугалёва. «Мощности хранения требуют модернизации по всей стране. Также мне известно, что есть трудности с семенами высокоолеиновых масличных культур. Впрочем, они не будут влиять на общий объем производства, но, возможно, аналогичная проблема есть и с другими культурами, — поясняет она. — Кроме того, в прошлом году была рекордная урожайность, которой в этом пока не ожидается.
Учитывая, что в 2023 год Россия вошла с рекордными запасами зерна и аграрии начали сокращать посевы, можно ожидать, что валовой сбор зерновых и зернобобовых может вернуться к уровню 2021 года и ненамного превысит 120 млн т, рассуждает руководитель практики управленческого консалтинга группы «Деловой Профиль» Олег Пахомов. Глава Минсельхоза Дмитрий Патрушев 18 мая на совещании у президента Владимира Путина о ходе весенних полевых работ подтвердил прежний прогноз ведомства по урожаю зерна: 123 млн т, включая 78 млн т пшеницы. Правда, отраслевые аналитики в это время оценивали потенциал валового сбора более оптимистично — в среднем на уровне 130 млн т, в том числе 82-84 млн т пшеницы.
По сравнению с 2022-м в этом году в целом не стоит ожидать роста валовых сборов зерновых и зернобобовых, подтверждает руководитель направления «Растениеводство» «Центра Агроаналитики» Минсельхоза Рудольф Булавин. Прежде всего это касается пшеницы. Урожайность озимой пшеницы, на которую приходится основной объем сбора агрокультуры, в прошлом году стала рекордной, как и у подавляющей части зерновых, поясняет он. Это было не только результатом профессиональной работы аграриев, но и следствием погодных условий, близких к идеальным, почти на всей территории России. «Наиболее вероятны валовые сборы на уровне средних показателей последних лет. Хотя рост урожаев не исключен, особенно отдельных культур при увеличении посевных площадей и установлении благоприятных погодных условий», — уточняет он.
По мнению Рылько, основной фактор, который будет влиять на сегмент растениеводства в оставшиеся месяцы, — погода. Булавин соглашается с ним, добавляя, что техникой, удобрениями, семенами и ГСМ аграрии обеспечены в необходимом объеме. «Проблемы с импортом средств производства из отдельных стран активно решаются путем использования российских аналогов или переориентации на поставки из других стран, в том числе благодаря соответствующим мерам государственной поддержки», — отмечает он. Правда, по оценке Рылько, остаются проблемы с поставками запчастей и ряда сельхозмашин, а также с обеспеченностью семенами. «И понятно, что молниеносно эти проблемы не решить», — подчеркивает эксперт.
Существующий курс рубля защищает внутренний рынок не только от поставок продовольствия, но и от закупки средств производства, считает Корбут. Ситуация усугубляется тем, что доходы растениеводов упали из-за экспортных пошлин, и даже корректировка пошлины на пшеницу не поможет существенно поддержать аграриев, полагает он.
Если в растениеводстве ожидается циклический спад, то в животноводстве из-за падения цен на корма сохранить положительную динамику, скорее всего, получится, считает Пахомов. Согласно Росстату, по итогам I квартала производство молока увеличилось на 3,7 %, скота и птицы на убой — на 3 %. Руководитель направления «Животноводство» «Центра Агроаналитики» Минсельхоза Владимир Кравченко говорит, что в этом году в животноводстве ожидается рост производства как мяса птицы (бройлера, индейки и утки), так и свинины, также ожидается увеличение выпуска баранины, тогда как говядина может остаться на уровне 2022-го.
Корбут тоже думает, что производство животноводческой продукции будет более стабильным, чем растениеводческой. «Птице- и свиноводство, скорее всего, продемонстрируют прирост, чего, правда, не скажешь о говядине. С другой стороны, низкие цены на сырое молоко могут привести к забою скота, тогда производство говядины увеличится, но ненадолго», — комментирует он.
Малым хозяйствам грозят банкротства
Крупные компании более устойчивы к экономическим потрясениям, имеют больший запас финансовой прочности, поэтому, как и во время любого кризиса, сейчас можно ожидать выбытия мелких игроков и новую волну консолидации рынка, допускает Антон Виноградов из «ТеДо». Сегмент малого предпринимательства по-прежнему остается наименее защищенным, и фермеры продолжают проигрывать крупным агрохолдингам в ценовой борьбе, многие из них не выдерживают конкуренции и уходят с рынка, вторит ему Олег Пахомов из «Делового Профиля».
«Существующие механизмы господдержки преимущественно акцентированы на начинающих фермеров, но почти не работают на этапе развития. Довольно часто встречается ситуация, когда, получив субсидию, фермер может начать свое дело, но сталкивается с проблемой реализации произведенной сельхозпродукции: трейдеры предлагают чрезвычайно низкие закупочные цены, а другие каналы сбыта уже заняты крупными агрохолдингами, — рассказывает Пахомов. — Пока не будут сформированы механизмы, гарантирующие выгодный сбыт продукции, мелкие игроки будут продолжать уходить с рынка».
В ряде регионов крупные хозяйства уже скупают небольшие молочные фермы по 200-300 голов КРС, знает Александр Корбут. «В перспективе, если не будут предприниматься меры поддержки сельхозпроизводителей, то мы увидим много банкротств малых форм предприятий, — допускает он. — При этом стоит понимать, что, хотя агрохолдинги могут производить большие объемы различной продукции, они не смогут полностью заместить все небольшие компании в случае ухода последних с рынка. Сектор должен быть сбалансирован, а для этого, к сожалению, сегодня на государственном уровне ничего не делается».
Если говорить о небольших КФХ, то риск их ухода существует, считает Наталья Тугалёва. «На это повлияли погодные условия при сборе урожая в 2022 году (например, влажная кукуруза, которую необходимо сушить, а для этого нужно оборудование) и давление пошлины при более низкой экспортной цене в сравнении с сезоном 2021/22, — поясняет она. — Маржинальность выращивания сельхозкультур снижается из-за высокой инфляции расходов на посевную (до 30%) при высоком предложении».
Однако, по мнению Владимира Кравченко из «Центра Агроаналитики», нет никаких предпосылок для ухода с рынка небольших игроков, хотя сделки M&A как были в последние годы, так и продолжатся. «Сделки M&A проходят на рынке каждый год — это естественный процесс, — соглашается его коллега Рудольф Булавин. — Я не ожидаю волны ухода игроков из агробизнеса в текущем году. При этом определенный рост таких сделок как по величине, так и по количеству, скорее всего, будет. Возможны уходы самых слабых производителей». ИКАР также пока не видит ухода с рынка небольших сельхозпредприятий и оживления в направлении сделок M&A. «Хотя не исключено, что такие тенденции в этом году и обозначатся», — добавляет Дмитрий Рылько.
Производство молока в стране растет в основном за счет расширения объемов его выпуска крупными производителями, продолжает эксперт. Однако вопрос в том, сможет ли сохраниться такая динамика, если не будет дополнительного рынка сбыта, в том числе экспортного. «Сейчас курс рубля к доллару находится на благоприятном для экспортеров продукции животноводства уровне, но есть некоторые ограничения — санкционные и логистические, — которые будут сдерживать отгрузки на внешние рынки. Будем надеяться, что животноводы смогут решить эти сложности», — говорит Корбут.
Рылько также обращает внимание, что в животноводстве будет сильно сказываться высокий уровень насыщения внутреннего рынка и отсутствие видимого прорыва в экспорте — в совокупности эти два фактора станут давить на цены продукции. Для животноводства важно наращивание экспорта, прежде всего в свиноводстве, подтверждает Кравченко. «Продолжающийся стремительный рост внутреннего производства необходимо поддерживать экспортными поставками и открытием новых рынков», — добавляет он.
Еще не адаптация, но уже не паника
Несмотря ни на что, в этом году в агросекторе нет такой неопределенности, которая была прошлой весной, оценивает Дмитрий Рылько: люди примерно понимают, в каких условиях им приходится работать, бизнес в целом приспособился к текущей ситуации. Хотя, как считает Виноградов, о полной адаптации говорить пока рано. «Превалирующие настроения весны прошлого года — это озабоченность или даже страх перед новыми вызовами и высоким уровнем неопределенности, — вспоминает он. — Сейчас обстановка стабилизировалась, игроки все еще осторожны в своих прогнозах, тем не менее можно сказать, что бизнес выработал для себя план или некоторую дорожную карту, которой придерживается». Согласно прогнозам, в 2024 году экономика России выйдет из рецессии, что означает восстановление и рост производства, в том числе в АПК. Произойдет адаптация к санкционным рискам, замещение ушедших компаний российскими, перенастройка внешнеторговых связей, добавляет эксперт «ТеДо».
В целом агросектор хоть и с трудом, но все же адаптировался к работе в новых условиях, однако на экономике сельского хозяйства новые реалии будут негативно сказываться еще долгое время, предупреждает Александр Корбут. По его словам, ситуация усугубляется экспортными пошлинами, из-за которых в отрасли нарастают пессимистичные настроения, особенно среди малых хозяйств. «Считаю, что если сейчас пошлины отменят, то через два-три года ситуация может выровняться. В ином случае она будет только ухудшаться», — прогнозирует эксперт.
Гендиректор УК «Август-Агро» Айдар Галяутдинов думает, что преждевременно было бы говорить о том, что агросектор приспособился к новым условиям: оценить их последствия в полной мере удастся, лишь пройдя несколько сезонов. «Нераспроданный урожай прошлого года, который до сих пор лежит на складах, весьма сдерживает оптимизм, как бы ни хотелось обратного. Аграрии были вынуждены вкладываться в старт нового сезона, не выручив с продажи достаточных для этого средств. Сельхозпроизводство имеет долгий цикл, и отголоски после каждого сезона оказывают влияние еще не один год», — поясняет он.
Процесс адаптации продолжается, солидарен с ним главный аналитик группы «Черкизово» Рустам Хафизов, хотя он отмечает, что компании агросектора смогли решить ряд определенных задач. «Мы, в свою очередь, стремимся к углублению интеграции “Черкизово” как холдинга и снижению зависимости всей отрасли от внешних контрагентов. Так, в прошлом году компания приобрела селекционно-генетический центр “Вишневский” в Оренбургской области и, кроме производства свинины, планирует развивать генетику и селекцию свиней, чтобы поставлять на российский рынок качественный племенной материал», — рассказывает он.
Объективно могу оценить только экспортеров: по окончании прошлого зернового сезона были трудности в получении платежей от покупателей, так как банки один за другим попадали в санкционный список с отключением SWIFT, а новых маршрутов тогда не было, — делится Тугалёва. — Сейчас, как и предполагалось, большинство экспортеров изменили валюту платежа на рубль и другие альтернативные валюты. Наша компания, в частности, кроме маршрутов платежей перестроила линии страхования, предэкспортного и постэкспортного финансирования, поэтому в целом эту проблему можно оценивать как решенную».
«Дамате» в целом нашла ответы на те вызовы, которые стояли перед компанией и отраслью в прошлом году. «Мы приспособились и подобрали оптимальные варианты по каждому вопросу. Сегодня ситуация стабилизировалась, а производство достаточно уверенно развивается в текущих условиях», — комментирует вице-президент по региональному развитию и GR «Дамате» Андрей Григоращенко. В этом году «Дамате» сохраняет положительную динамику по росту выпуска мяса индейки и утки, а также баранины и стабилизирует объемы производства и переработки молока. Основной прирост наблюдается в производстве баранины в Северо-Кавказском федеральном округе, где агрохолдинг активно развивает и выводит на плановую мощность крупнейший в России завод по переработке баранины, открытый осенью прошлого года после реконструкции, рассказывает топ-менеджер.
В 2022 году группа «Черкизово» произвела более 1,2 млн т мясной продукции (в живом весе), что почти на 15 % больше показателя 2021-го, сравнивает Хафизов. Таких результатов удалось достичь в том числе за счет приобретенных новых активов. «В этом году мы планируем наращивать объемы производства и продолжать развитие экспортных поставок. В 2022 году общий объем экспорта превысил 100 тыс. т», — добавляет он.
Пошлину скорректируют, но не отменят
Базовая цена для расчета пошлины на экспорт пшеницы (так называемая цена отсечения) с 1 июня повысится с 15 тыс. руб. до 17 тыс. руб. за тонну, сказал министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев в кулуарах Всероссийского зернового форума, сообщил «Интерфакс». По расчетам аналитического центра «СовЭкон», эта мера позволит снизить размер пошлины на 1,4 тыс. руб. за тонну.
Правительство приспособилось ограничивать рост внутренних цен, регулируя таможенные пошлины и устанавливая квоты на экспорт. Однако искусственные механизмы сдерживания могут привести к существенному дисбалансу спроса и предложения и к обвалу внутренних цен, который мы могли наблюдать на рынке зерна в прошлом году, предупреждает Олег Пахомов. Он уверен, что, ограничивая рост цен, правительство должно не допускать их серьезного падения, выводящего рентабельность агробизнеса на чрезвычайно низкие уровни. «Хотелось бы надеяться, что происходящая коррекция мировых цен на зерно позволит правительству не просто повышать индикативную цену, а вовсе отказаться от введенных таможенных пошлин и экспортных квот. Тем более что демпферный механизм в большей мере поддерживает экспортеров-зернотрейдеров, но почти не затрагивает производителей зерна», — говорит он.
Земельный банк холдинга «Август-Агро» увеличился примерно на 10 тыс. га пашни по сравнению с 2022 годом, при разработке производственных планов на этот год компания рассчитала, что сможет нарастить объем сельхозпродукции на 22 %, делится Галяутдинов. В секторе животноводства в намечен запуск молочного комплекса на 1,2 тыс. голов КРС в Мензелинском районе Татарстана. Кроме того, продолжается выход на полную производственную мощность ферм, которые компания запустила в предыдущие два года. «Прирост производства молока по итогам 2023-го тоже ожидаем на уровне 22 % по отношению к 2022-му. Валовой надой в текущем году запланирован на уровне 48 тыс. т», — говорит он.
Конечно, на реализацию планов будут влиять доступность всех необходимых для производства ресурсов и их качество, уточняет Галяутдинов. «И какими бы ни были технологии, погодный фактор в сельском хозяйстве тоже никто не отменял. Погода по-прежнему в значительной мере определяет урожайность, качество продукции и кормов, своевременность полевых работ и рентабельность производства», — перечисляет гендиректор «Август-Агро».
Современные технологии повышают стабильность бизнеса
Ирина Бычкова, финансовый директор, ГК «АгроТерра»
Изменения внешней среды, будь то погодные факторы или ценовые колебания, оказывают сильное влияние на сельхозпроизводителей. Чтобы реагировать на них быстро и эффективно, наша компания использует мультисценарный анализ. Мы закладываем в нашу модель расчета структуры посевных площадей разные предположения относительно погоды и цен, а затем сравниваем полученные данные. Это позволяет определить наиболее устойчивый сценарий в условиях изменений внешней среды. Сейчас мы внедряем автоматизированную систему управления операциями в полях, что позволит собирать больше данных и обучать наши модели, чтобы использовать их для обеспечения устойчивости результатов.
Основной драйвер нашего развития — производство семян и гибридов. «АгроТерра» достаточно давно производит семена сои и пшеницы, но, кроме этого, за последние годы нам удалось в два раза увеличить орошаемые площади, тем самым удвоить производство семян гибридов масличных и зерновых культур, отработать технологию производства и стабильность качества семян. Например, по итогам прошлого года урожайность гибридов кукурузы выросла на 12% благодаря технологическим изменениям. Мы не планируем останавливаться на достигнутом и продолжим инвестировать в развитие инфраструктуры, а также улучшать технологию производства.
По итогам 2023 года ГК «ЭкоНива» планирует произвести порядка 1,3 млн т сырого молока в физическом весе, то есть примерно на 100 тыс. т больше, чем в 2022-м, рассказывает представитель компании. Рост возможен в том числе за счет строительства новых животноводческих комплексов. Производство готовой молочной продукции продолжает увеличиваться на десятки процентов, добавляет она.
Сложная геополитическая обстановка не только не отменила планов птицефабрики «Волжанин», но и заставила экстренно перестраивать работу и искать нестандартные решения многих вопросов. Так, на предприятии оптимизировали издержки производства, оперативно открыли альтернативные цепочки поставок комплектующих к импортным производственным линиям через новых партнеров, рассказывает первый заместитель гендиректора компании Ольга Мохова. Кроме этого, было решено модернизировать яйцеперерабатывающий комплекс: работу должны завершить до конца 2024 года. Новый проект позволит в том числе производить ферментированный желток для масложировой индустрии на отечественных ферментах, которые ранее закупались исключительно за рубежом. Также птицефабрика разрабатывает варианты выпуска готовых смесей для приготовления омлетов и функционального питания.
Спрос может не увеличиться
Минэкономразвития в апреле прогнозировало рост ВВП России в 2023 году на 1,2 %. Основным источником такой динамики будет потребительский спрос, основанный на увеличении реальных доходов населения. Центробанк также считает, что в этом году основой роста экономики должен стать потребительский спрос. Однако опрошенные «Агроинвестором» эксперты и участники рынка называют ситуацию со спросом одним из ключевых вызовов для агросектора. Причем это касается спроса и со стороны аграриев на средства производства, и со стороны потребителей — на продукцию АПК.
С учетом серьезной просадки доходности, предпосылок для увеличения спроса на средства производства со стороны аграриев пока нет — хорошо, если он сохранится на прежнем уровне, считает Дмитрий Рылько. Что касается потребительского спроса на сельхозпродукцию, то, по мнению эксперта, если он и вырастет, то несущественно — прежде всего за счет таргетированной поддержки государством определенных слоев населения.
У конечного потребителя доля расходов на продукты питания достаточно высока. Потребительский спрос с учетом того, что существенного повышения доходов населения не предполагается (по прогнозам, в этом году они вырастут на 1%, но это откат к уровню 2013-2014 годов), вряд ли увеличится, обращает внимание Александр Корбут. Тем не менее рост объемов потребления среди малодоходных групп населения теоретически возможен за счет господдержки. Люди с низкими доходами при получении дополнительных выплат от государства в первую очередь потратят их на продовольствие, говорит эксперт.
Рудольф Булавин считает, что вряд ли можно ожидать повышения внутреннего спроса на продукцию зернопереработки. Спрос на рынках муки, круп, хлеба и хлебобулочных изделий, мяса полностью или в значительной степени удовлетворяется внутренним производством и либо не растет (хлеб), либо растет медленнее производства (мясо).
Невысокий рост потребительского спроса на сельхозпродукцию на протяжении последних нескольких лет является одним из сдерживающих факторов развития АПК, уверен Антон Виноградов. О существенном увеличении располагаемых доходов населения пока говорить не приходится, соответственно, вряд ли потребительский спрос станет основным драйвером роста производства сельхозпродукции в ближайшее время. «А без возможности увеличения сбыта продукции невозможно формирование дополнительного спроса на средства производства, — делает вывод он. — И если раньше стимулом к наращиванию производства были экспортные возможности, то сейчас положение дел во внешней торговле и потенциал ее расширения неоднозначные». Правда, Булавин считает, что более высокие темпы роста экспорта в ближайшей перспективе обеспечат превышение темпов увеличения производства над темпами расширения внутреннего потребления.
Наиболее явно связь потребительского спроса с объемами производства сельхозпродукции прослеживается в животноводстве. Снижение покупательской способности населения заставляет экономить в том числе на приобретении продуктов питания — так, растет спрос на более дешевые виды мяса, говорит Олег Пахомов. «За последние 20 лет почти в 2,8 раза увеличилось поголовье свиней, в 2,1 раза — птицы. В то же время фермы, специализирующиеся на выращивании КРС, несмотря на активную господдержку, продолжают сокращать поголовье, которое за те же 20 лет снизилось почти вдвое, — сравнивает он. — И пока реальные располагаемые доходы населения не вернутся к стабильному росту, ситуация в отрасли вряд ли изменится к лучшему».
Что касается мясной продукции, то здесь наблюдается позитивная динамика, не соглашается Хафизов. По итогам 2022 года потребление в среднем достигло 78-79 кг на человека, и, хотя немного меняется структура потребления, спрос сохраняется. «Суммарный объем производства мяса в стране в прошлом году увеличился на 3,3 %, это значит, что бизнес развивается и расширяется, следовательно, и спрос на средства производства показывает рост», — рассуждает он.
Ключевые вызовы в этом году — это потребительский спрос и уровень доходов населения, а также курс валют с точки зрения развития экспорта, комментирует Андрей Григоращенко. «Если рубль станет слабеть, то мы будем получать дополнительную позитивную динамику по экспорту, — добавляет он. — Надеемся, что потребительский спрос с учетом новых регионов будет увеличиваться и вызовет дополнительный спрос на нашу продукцию».
А вот «ЭкоНива» в последние месяцы отмечает сокращение потребительского спроса в некоторых категориях молочной продукции. Так, люди все больше отдают предпочтение традиционной молочной продукции и экономят на покупках товаров из йогуртно-десертной группы. «Однако рациональное позиционирование продукции под брендом “ЭкоНива” и диверсифицированные каналы сбыта дают возможность компании сохранять баланс продаж при колебаниях спроса», — говорит представитель холдинга. С другой стороны, в молочной отрасли растут операционные и общехозяйственные расходы, включая удорожание запчастей, ветпрепаратов и увеличение расходов на семя быков, продолжает она. В большей степени эта ситуация неблагоприятна для небольших хозяйств, бизнес которых не стандартизирован.
Экспорт среди главных драйверов отрасли
В этом году не теряют актуальности и другие проблемы отрасли, как и экономики в целом, прежде всего связанные с геополитической ситуацией. В первую очередь речь идет о сложностях с международными расчетами, а также логистических трудностях, говорит Рустам Хафизов. «Однако еще в период пандемии коронавируса российские компании научились бороться с подобными проблемами, поэтому сейчас создаются различные решения для стабильного функционирования бизнеса», — отмечает он.
По мнению Айдара Галяутдинова, главный вызов — это та экономическая ситуация, которую вынуждены преодолевать аграрии. «С конца 2020 года положение только усугубляется. На фоне кратного удорожания почти всех ресурсов отпускные цены и на молоко, и на продукцию растениеводства катастрофично низкие, — сетует топ-менеджер. — Продолжая оптимизировать производство и отказываясь от дорогих, но технологичных новшеств, отрасль неизбежно будет откатываться назад». Также среди вызовов этого года для компании он называет засуху и гибель посевов в результате заморозков в отдельных районах работы агрохолдинга. Кроме того, не первый год остро стоит вопрос дефицита рабочей силы, а также некоторых видов техники и запчастей в горячий сезон.
«Мы работаем над эффективностью наших проектов, а также используемых технологий и инструментов, практикуем ресурсосберегающие технологии. Ищем интересные решения и проекты, внедрение которых позволяет экономить и ограничивать зависимость от внешних поставщиков. Извлекаем уроки из собственного опыта прошлых лет и смотрим, как работают другие», — делится Галяутдинов.
При этом главным драйвером отрасли в сложившейся ситуации, по его словам, могли бы стать активизация экспорта сельхозпродукции и увеличение глубины ее переработки. Кроме того, важны системные сдвиги в области подготовки, трудоустройства и удержания на селе «продвинутых» специалистов, способных привнести «свежую кровь» в развитие технологий и коренным образом изменить мышление и подходы к сельскохозяйственным процессам на местах, уверен Галяутдинов.
Представитель «ЭкоНивы» тоже полагает, что одним из драйверов роста для отечественной молочной отрасли может и должен стать экспорт, причем не только биржевых товаров (СОМ, сливочное масло, сухая сыворотка), но и готовой молочной продукции, предназначенной для конечного потребителя. «Благодаря качеству российского молока и комфортному курсу рубля к основным мировым валютам у России есть все шансы стать одним из ведущих поставщиков широкого спектра молочной продукции на мировые рынки, и этим нужно непременно воспользоваться», — подчеркивает представитель компании.
«Дамате» также активно развивает экспортное направление, особенно поставки в мусульманские страны. «Мы провели стандартизацию всей продукции по стандартам “халяль” и рассчитываем на уверенный рост экспорта по этому направлению, — говорит Григоращенко. — Если валютный курс будет стыковаться с механизмами расчета, то это направление будет драйвером роста как для нашей компании, так и для АПК в целом». Улучшение торговых отношений с восточными странами позволило в прошлом году обеспечить положительное сальдо внешней торговли мясом — экспорт превысил импорт на 100 тыс. т, обращает внимание Олег Пахомов. Ожидается, что в этом году экспорт мяса в дружественные страны будет расти, что создаст дополнительные гарантии положительной динамики в отрасли, добавляет он.
Текущая мировая экономическая конъюнктура негативно сказалась на сельском хозяйстве, однако для поддержания уровня производства и качества необходимо модернизировать технологии, внедрять инновации, развивать собственную промышленность, перечисляет Хафизов. Он уверен, что нынешняя ситуация стимулирует бизнес развиваться. «Что касается “Черкизово”, то мы стремимся увеличивать объемы производства, чтобы соответствовать росту потребления, а также развивать экспортное направление, при этом улучшая качество продукции. Для этого мы серьезно подходим к инновационному развитию, которое позволяет оптимизировать бизнес-процессы и увеличивать производительность труда», — комментирует он.
Одним из основных новых драйверов развития АПК является острая потребность в импортозамещении и появление возможностей и ниш для инвестирования, считает Антон Виноградов. Он обращает внимание, что продукция АПК — это сырье для многих других отраслей: фармацевтической, производства косметики и даже нефтегазовой, которые также озадачены проблемой импортозамещения и готовы выступать соинвесторами в проектах АПК.
Наталья Тугалёва считает, что самый реальный драйвер — это запуск глубокой переработки сырья. «В сезоне 2022/23 рекордный урожай зерновых и масличных культур показывает, что добавочная стоимость будет формироваться при развитии этого направления. Об этом свидетельствуют потенциал внутреннего баланса сырья и потребности мирового рынка в качественной продукции», — говорит она, добавляя, что многие игроки настроены на переработку, что даст виток развитию экономики в других секторах.
Генетическая база — слабое звено в птицеводстве
В животноводческом секторе, по словам Владимира Кравченко из «Центра Агроаналитики», чувствительным местом остается генетическая база птицеводства, но в этом направлении уже активно ведется работа, в частности действует программа по усовершенствованию отечественного кросса бройлера «Смена-9».
Птицефабрика «Волжанин» является репродуктором второго порядка, предприятие реализует инкубационное яйцо кроссов Ломанн Браун, Ломанн ЛСЛ, Декалб Уайт. Все они зарубежные, и сегодня есть опасения прекращения поставок племенного материала из Европы. «При таком сценарии развития собственного потенциала российских яичных птицефабрик хватит максимум на три-четыре года», — оценивает Ольга Мохова. Безусловно, компания готова работать с российскими поставщиками и поддерживать отечественного производителя, но пока на предприятии, по итогам анализа европейского рынка, было решено тестировать новые кроссы, которые можно приобрести в дружественных зарубежных странах, говорит она.
Александр Корбут в числе драйверов развития АПК называет цифровые технологии — дроны, робототехнику, особенно в условиях ограниченных трудовых ресурсов. «Однако стоит понимать, что все это инновационные технологии, в которые необходимо инвестировать, а это возможно только тогда, когда у бизнеса есть хороший уровень доходности, — подчеркивает эксперт. — Инновационное развитие доступно только крупным агрохолдингам, которые могут выигрывать на эффекте масштаба».
В целом же оснований для оживления инвестиционного спроса со стороны аграриев, по мнению Корбута, сейчас нет, так как у них нет денег, особенно это касается небольших предприятий. Если инвестиции в различные направления агробизнеса и будут, то только со стороны крупных игроков. «Вряд ли мы сможем полностью быстро заместить импортные ресурсы. Даже несмотря на такие административные меры как ограничения на закупку импортных саженцев, семян, СЗР. Все это приведет к разрушению конкурентной среды и повышению цен на средства производства для сельского хозяйства, — предупреждает эксперт. — Причем любое импортозамещение на первом этапе из-за эффекта малых объемов влечет за собой увеличение цен на ресурсы».
О том, что в агросекторе не самый лучший инвестиционный климат, говорит объем льготного кредитования. По данным Минсельхоза, к середине мая объем кредитования сезонных полевых работ вырос на 2,9 % относительно аналогичного периода прошлого года. Согласно же данным Росстата, стоимость инвестиционных ресурсов увеличилась на 14 %, соответственно, кредиты позволяют закупать меньше ресурсов, рассуждает Корбут. «Более того, в силу неблагоприятного финансового состояния хозяйств, особенно малых, по причине низких цен на зерно и масличные, предприятия не хотят брать даже льготные кредиты», — знает он.
Источник: Агроинвестор
Похожие статьи по теме:
- Росстат подвел окончательные итоги сбора масличных в РФ в 2022 году
- Производство подсолнечного масла в РФ выросло в 2022 году
- Росстат обновил данные по урожаю масличных в России в 2022 году
- Минсельхоз: сбор подсолнечника в РФ в этом году составил 15,5 млн тонн
- Цены на подсолнечник в России снизились впервые с осени прошлого года
- «Урожай будет рекордным, но ниже первоначальных оценок». Как погода в РФ повлияла на ход уборки масличных?
- Дожди осложняют уборку подсолнечника в России. Это может привести к потерям урожая