![tass 18444166 3 1](https://oleoscope.com/wp-content/uploads/2024/07/tass_18444166-3-1.jpg)
Потенциал импортозамещения генетических технологий в АПК достигает $1,2–1,7 млрд
Потенциал импортозамещения генетических технологий в сельском хозяйстве России составляет $1,2–1,7 млрд, чтобы его достичь, отечественным игрокам следует приобрести одну или несколько ведущих зарубежных фирм в области генетики и интегрироваться в систему совместных предприятий, партнерств и кооперативов (в первую очередь – в рамках БРИКС+).
К такому выводу пришли аналитики компании «Яков и партнеры» в исследовании «Суверенная генетика для российского АПК: где найти сотни тысяч человеко-лет PhD и терабайты экспертизы?».
Отечественным компаниям рекомендуется провести IPO и развить бизнес до уровня мировых лидеров, при этом одна из главных возможностей для роста связана с генетическими технологиями. По мнению экспертов, создание нескольких «национальных чемпионов» позволит российскому АПК до 2035 г. обеспечить не только импортозамещение, но и экспорт средств производства.
В материале также указано, что благодаря внедрению новых технологий за последние 20 лет урожайность кукурузы в России увеличилась с 3 до 7 т/га. Согласно исследованию, качественные характеристики урожая улучшаются при применении инноваций в сфере генетики и вместе с количественным ростом это ведет к увеличению операционной прибыли.
Расчеты также показывают, что, если бы Россия прямо сейчас перешла на отечественные семена сои, подсолнечника, кукурузы и сахарной свеклы, это обернулось бы для отрасли ежегодными убытками в 250–300 млрд руб. Против отечественного АПК не вводилось секторальных ограничений, но при реализации такого сценария существующая научно-техническая база вряд ли позволит стране обеспечить продовольственную безопасность по всем культурам, уверены авторы исследования.
С учетом того что рынок семян подсолнечника стран БРИКС+ объемнее российского в 2,5 раза, сахарной свеклы – в 3 раза, сои – в 33, кукурузы – в 53, а томатов, лука и моркови – более чем в 160 раз, решать задачу формирования суверенной генетики целесообразно в рамках межгосударственного объединения, говорится в исследовании. Авторы приводят опыт Китая, который приобрел несколько компаний – лидеров мирового рынка, тем самым решив проблему технологического отставания.
Как отмечает генеральный директор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько, все страны мира, которые добились каких-либо успехов в «семенном вопросе», развивают международную кооперацию.
«Импортозамещение в этих государствах носит довольно условный характер: там все равно, прямо или косвенно, работают иностранные семеноводческие, генетические компании. Без таких стратегических альянсов нашей стране практически не обойтись. Мы не можем этим заниматься только внутри страны – должен быть большой обменный банк, который обогащает сортовую палитру каждой страны-участницы», – сказал он.
Рылько также напомнил, что в России действует запрет на использование генно-модифицированных организмов (ГМО), за исключением нескольких разрешенных кормовых сортов сои и кукурузы. «Вначале с этим бы надо разобраться, а потом двигаться дальше», – отметил он.
Гендиректор ИКАРа добавил, что генетика в системе импортозамещения играет одну из ключевых ролей, но Россия в этом вопросе пока очень серьезно отстает.
В исследовании также отмечено, что иностранный поставщик решений в области генетики семян сможет занять до 100% российского рынка по большому количеству культур, а российский контрагент – выйти на новые территории сбыта в странах БРИКС+. При этом затраты на приобретение и развитие одной или нескольких фирм для обеспечения суверенитета в сфере генетики оцениваются в $1–1,5 млрд при мультипликаторе в 2–3х выручки.
Что касается сферы генетики животных протеинов, здесь, по мнению аналитиков, при создании значимого игрока также целесообразно ориентироваться на страны БРИКС+ и сотрудничество с одной из европейских фирм посредством совместных предприятий. Предполагается, что подобная инициатива окупится в течение 5–10 лет.
Эксперты убеждены, что достичь необходимого эффекта масштаба позволит только работа на рынках БРИКС+. В том числе это поспособствует обеспечению для России возможности экспорта высокотехнологичных средств производства АПК, включая генетику, на сумму $0,6–1,3 млрд. По мнению авторов исследования, для этого уже сейчас важно запустить процесс поиска новых партнерств, бережно отнестись к экспертизе, уже накопленной участниками рынка, а также изменить подход к регулированию, рассматривая международные компании с контролирующими акционерами из стран БРИКС+ как «практически российские» с точки зрения квот на импорт семян и «приземления» их производства в соответствии с постановлением правительства Российской Федерации от 16 мая 2023 г. № 754.
Директор Высшей школы экономики и бизнеса РЭУ имени Г. В. Плеханова Дмитрий Завьялов назвал основной проблемой российской агропромышленной генетики и селекции потерянное время. По его словам, после развала СССР снизился объем исследований, а затем наступил кадровый голод.
«Интерес молодежи к аграрной генетике и селекции как к наукам стал активно проявляться только последние несколько лет. В 2000-х аграрии серьезно подсели на зарубежные семена, что привело к тому, что доля импортного материала увеличилась с 30% почти до 60%, а по сахарной свекле более 90% площадей засеивалось импортными семенами», – объяснил он.
По словам Завьялова, совершить резкий скачок в генетике и селекционной работе, имея одно лишь финансирование, не получится. Нужны отработанные технологии, опытные кадры, актуальные научные наработки, которые не создаются на пустом месте. «Крупные агропромышленные холдинги в течение последних 5–6 лет активно инвестируют в технологии селекции, однако это долгая и кропотливая работа, в который мы пока пытаемся наверстать существующий технологический разрыв», – резюмировал он.
Источник: Ведомости
Ранее НСА определил перспективные рынки для внедрения результатов российской генетики. С участием экспертов отрасли и представителей Минсельхоза РФ были выявлены страны, перспективные для внедрения результатов российской генетики, включая исторически лояльные страны СНГ и Восточной Европы, а также государства Юго-Восточной Азии и Африканского континента.